Роды

Роды – очень важный момент в жизни ребенка, последствия которого трудно себе даже вообразить. По важности они сравнимы разве что с беременностью. Но если про поддержание здоровья во время беременности – питание, прогулки, отсутствие чрезмерных нагрузок – все более-менее знают, то к родам часто подходят с позиции: «пережить и забыть», «все рождаются, никуда не денется» и т.п. Это очень ошибочная позиция. В родах может быть нанесена не только физическая травма, но и психологическая – и маме, и малышу.

           Любовь мамочки к своему чаду в немалой степени связана с тем, что называется «материнским инстинктом», а он «включается» именно во время родового процесса. Материнский инстинкт можно определить как «способность полностью соединить свое существо (идентифицировать себя) с ребенком и обладать способностью приспособиться к выполнению его нужд. Способность матери идентифицировать себя с ребенком выражается не в понимании его состояния на уровне рассудка, т.е. сознательно, а в подсознательном – переживании этих состояний вместе с малышом». Разумеется, способность к такому материнскому чувствованию ребенка вызревает в женщине долго, с детства, с игр в дочки-матери, возни с младшими детьми. Однако роды являются пусковым механизмом, и их неблагополучное, неестественное течение может исказить отношения матери и ребенка, нарушить единство. Отсутствие материнского инстинкта у животных проявляется вполне однозначно – самка встает и уходит, не признает свое дитя. Многочисленные исследования на животных, проведенные в ХХ веке, показали тесную связь между протеканием родов и послеродового периода и последующими взаимоотношениями матери и детенышей. Там, например, в 1929 году Е.Маре провел обезболивание родов (эфиром и хлорэфиром) шестидесяти самкам антилоп, и после родов ни одна из них не проявила ни малейшего интереса к детенышам. Эти же результаты были получены в 50-х годах, когда козы, рожавшие с перидуральной анестезией, не занимались своим потомством. Эксперименты над крысами показали, что если рожающую самку беспокоили в процессе родов, то роды затягивались и осложнялись, здоровье матери и потомства страдало, их связи впоследствии были нарушены. Для случая затрудненных длительных родов было важно, имела или не имела самка возможность облизывать своих детей в процессе рождения. Если имела, то становилась гораздо более внимательной к своим крысятам. Бриджес подсчитал воздействие длительности контакта матери и ребенка: если контакт не был прерываем в течение от 4 до 6 часов после рождения, крысы имели лучшее материнское поведение. Зигел и Гринвальд подтвердили подобную роль разлуки между матерью и ребенком на примерах с хомяками. В 1956 г. Блаувельт наблюдал, что если козленок разлучался со своей матерью в течение нескольких часов, прежде чем она смогла его облизать, то при встрече после разлуки мать теряла весь интерес к ребенку. Пойндрон и Нейндре на примере исследования баранов установили, что если перерыв в отношениях начинался во время рождения и длился, по крайней мер, четыре часа, то после этого каждая вторая из переживших подобное овец не занималась своим ягненком. Напротив, если перерыв в 24 часа начинался только через два или три дня после рождения, после этого все овцы заботились о своих ягнятах. Таким образом, на примере овец Крехбил и Пойндрон подтвердили наблюдения Евгения Маре с антилопами и опыты Бриджеса с крысами в том, что имеются связи между качеством и формой рождения, как причиной, и будущим материнским поведением, как следствием.

           Конечно же, люди – не животные, у людей сознание превалирует над инстинктами (по крайней мере, в большинстве случаев так должно быть). Однако многие процессы в нашем организме, в том числе и гормональные связи, весьма схожи с аналогичными у братьев наших меньших. И если вмешательства в роды вызывают такие значительные изменения материнского поведения у животных, глупо было бы предполагать, что для человека это пройдет незамеченным. Конечно, абсурдно было бы предположить, что мама после укола обязательно оставит младенца в роддоме. Но, бесспорно, ей будет труднее, если налаживать отношения с крошкой придется одним умом, а чувства будут в смятении. Такая мамочка мечется, не зная, как помочь плачущему младенцу, или, напротив, холодно воспитывает «по Споку». Есть ведь поговорка: «Сердцу не прикажешь». Не здесь ли кроется одна из причин отчуждения мам, которые готовы обслуживать, одевать-обувать, но совсем не сочувствуют и не сопереживают детям? Почему одни женщины получают настоящее удовольствие, окунаясь в заботы о малыше, а другие постоянно недовольны и относятся к ребенку как к обузе? Может, «отсутствие» мамы во время родов – одна из причин?

           Роды значимы с психологической точки зрения не только для мамы, но и для младенца. Установлено, что перед родами именно организм ребенка начинает выделять вещества, инициирующие роды. В ходе родов его психика не остается пассивной, она обучается должным образом реагировать на трудности – видеть задачу, бороться с обстоятельствами, достигать цели и радовать победе. Формируются так называемые пренатальные матрицы. Это одна из многих причин, почему естественные роды предпочтительнее столь распространенных ныне стимулированных, обезболенных, тем паче – оперативного вмешательства. Любые факторы, мешающие естественному течению родов, вносят свои коррективы в формирование пренатальных матриц, иногда они могут иметь далеко идущие неблагоприятные последствия. Адриан Райн из Университета Южной Калифорнии (Лос-Анджелес) изучил истории 4269 лиц мужского пола в возрасте до 18 лет. Он обнаружил, что главным фактором риска для вероятности превращения человека в жестокого преступника была смесь между осложнениями при рождении и ранней принудительной разлукой с матерью или ранним отказом матери от воспитания своего ребенка. При этом разлука или отказ не становились факторами риска сами по себе, без наличия осложнений при рождении. Некоторые исследователи находили зависимость между вмешательствами в роды и последующей тягой  к наркомании, самоубийствам.

           Конечно, бывают случаи, когда врачебное вмешательство действительно необходимо, но так ли часто, как это принято проводить в наших роддомах? Ведь нередко к проблемам в родах приводит пассивная позиция роженицы (желание «заснуть и проснуться уже с ребенком») – следствие боязни боли родовых процессов, с одной стороны, и часто неосознанного страха брать на себя ответственность, с другой стороны, то есть подсознательное нежелание быть родителем, неумение действовать в интересах ребенка. Мама, которая возлагает ответственность только на акушеров – неужели она всерьез полагает, что им ее ребенок нужнее, чем ей самой?

           Вот как описывается разница между «пассивными» и «активными» родами в предисловии к книге Мишеля Одена «Возрожденные роды»: «Они лежат на узких столах под слепящими лампами, обездвиженные и беспомощные… Четырех женщин отделяет друг от друга только занавес. Из тела каждой, между ногами, тянется электрический провод. Он подсоединен к прибору с мерцающей электрической лампочкой, из которого беспрерывно ползет нескончаемая бумажная лента…Другой провод, передающий данные о внутриматочном давлении, тоже тянется к прибору, который извергает свой собственный поток кривых линий. Женщинам говорят: «Лежите спокойно. Любое ваше движение влияет на работу монитора». Но они и без того не в состоянии пошевелиться. Ни одна из них не чувствует своего тела от груди до самых кончиков пальцев. В вену на плече введен катетер, через который можно подать дополнительную дозу обезболивающего состава, как только появятся какие-нибудь ощущения. Сестра тихо ходит от одной пациентки к другой, проверяя показания приборов. Одна из женщин спрашивает, нельзя ли ей попить, у нее пересохло во рту. «Мне очень жаль, но вам нельзя ни пить, ни есть». Сестра хмурится, глядя на ленту…Все это происходит в западногерманской больнице, но такую же картину можно наблюдать в любом современном родильном отделении… Рождение каждого ребенка – это управляемый, анализируемый, измеряемый и ежеминутно фиксируемый процесс. «Я уверена, что все будет в порядке, - говорит одна из женщин. – Я чувствую себя в безопасности». И это все, что она может сказать о своих эмоциях во время рождения ребенка: чувство безопасности, а после рождения – облегчение, что все, наконец, кончилось. Роды другой женщины, на этот раз во Франции. Она в небольшой комнате, свет приглушен, рядом с ней акушерка и муж, они поддерживают роженицу. Она расположилась на низком помосте в углу комнаты…Здесь нет ни тикающих и гудящих приборов, ни громких звонков, все говорят очень тихо… Это родильное отделение, в котором работает Мишель Оден. Несколько минут назад женщина ходила по комнате и останавливалась только во время схватки, чтобы прижаться к мужу, опереться на него. Сейчас же начинается вторая стадия родов, и ей хочется согнуть ноги в коленях… Роженица полностью погружена в свои переживания… Она точно знает, что ей нужно делать, и не нуждается в советах, потому что она в полной гармонии со своим телом и с той энергией, которая могучими волнами прокатывается по нему. Она вся во власти одного желания: вытолкнуть из себя ребенка. Акушерка ждет, опустив руки, время от времени повторяя: «Хорошо… хорошо…». Вдруг женщина издает протяжный низкий крик, и становится видна головка ребенка, уже рожденная. Во время следующей схватки женщина снова кричит: удивление и торжество, боль и ликование, возможно, экстаз, - все в одном крике. Головка ребенка выскальзывает наружу, и все его тельце скользит на пеленку, расстеленную, чтобы принять его. Мать опускает глаза на ребенка, берет его на руки, прижимает к груди. «Я не могу поверить. Это потрясающе! Не плачь, мой маленький, мой малыш! Мой малыш! Это сказка! Потрясающе!» - повторяет она снова и снова. Глаза ее сияют, в них стоят слезы, она смеется и в то же время плачет. Муж обнимает и целует ее. Им никто не мешает. Он целует пяточку малыша – и снова свою жену. Он тоже плачет от радости и удивления перед тем, что случилось. Для некоторых женщин роды бывают такими. Они могут быть такими».

           Но чтобы они были такими, женщина должна понимать, что роды – это ее миссия, а все остальные могут только помочь или помещать. Главные роли в этой пьесе – у нее и у младенца. И чтобы их сыграть «как по нотам», нужно подготовиться. Научиться чувствовать свое тело, расслабляться и дышать, научиться думать о малыше. Знать, что именно будет происходить и что может пригодиться на каждом этапе родов. В противном случае, если роженица воспринимает ребенка как некий аппендикс, который ей вырежут врачи, то дело, скорее всего, будет обстоять даже не так, как описано в начале вышеприведенного отрывка, а гораздо хуже. Потому что даже такого оснащения в большинстве больниц нет, и ощущение безопасности и уверенности возникает далеко не всегда.

           Малышу тоже совсем не все равно, как и куда он приходит Современные психологи уже давно опровергли идею, что ребенок в утробе мамы и в родах – пассивное существо, что рождается этакий «чистый лист» - пиши себе на нем, что вздумается. Все девять месяцев созревает и формируется не только тело. Уже внутриутробно у малыша в большей или меньшей степени включаются в работу все органы чувств.

           Сейчас хорошо известно, что специализированные рецепторы созревают на последних месяцах внутриутробной жизни. Пробки, защищающие ноздри плода, исчезают в середине срока беременности. Душистые вещества амниотической жидкости входят в контакт с уже специализированными рецепторами носа плода. Некоторые запахи также могут достигнуть этих рецепторов, распространяясь через носовые кровеносные сосуды. Достаточно ясные реакции на сильные запахи наблюдались у детей, рожденных даже за два месяца до срока. Очень простые опыты легко демонстрируют нам, что в течение первого часа, который следует за рождением, новорожденные особенно заинтересованы запахом амниотической жидкости. Этот же запах малыш встречает у маминой груди. Обоняние и вкус «работают» с околоплодными водами, которые имеют не только индивидуальный вкус и запах, но и отражают мамины вкусовые предпочтения в отношении острых и ароматных блюд. Детки, чьи мамы во время беременности «баловались» лучком-чесночком, часто и молоко грудное потом предпочитают «с приправой».

           Слуховые ощущения, без всякого сомнения, присутствуют в формировании отношений между матерью и ребенком. Дети учатся узнавать голос своей матери еще до рождения. По анатомическим данным, слуховая система человека созревает в середине зародышевой жизни. Следует подчеркнуть, что плод может получать звуковые вибрации не только специализированными органами – ушами, но и при посредстве кожи – самого первоначального из сенсорных органов. Ребенок во внутриутробных условиях чувствителен к вибрациям всего материнского тела, связанным с материнским голосом. Особенности внутриутробного слухового восприятия очень широко изучались в последние десятилетия, использовались различные методы; изучали действие изначальных материнских звуков и действие звуков, поступающих извне материнского тела; изучались изменения сердечного ритма и двигательных реакций у человеческого плода в зависимости от частоты и интенсивности поступающего звука. Например, было отмечено, что новорожденные предпочитают слушать истории, которые их мать читала вслух до рождения, или мелодии, которые она пела во время беременности. Пение матери обогащает ребенка, как до, так и после рождения, гораздо больше, чем использование только разговорного материнского голоса.

           Зрение, способность видеть, развивается также до рождения. Во время первой половины внутриутробной жизни плод чувствителен к свету и реагирует на внезапное освещение брюшной полости его матери, несмотря на то, что его веки остаются закрытыми. Развитие зрения происходит медленнее, чем развитие ощущений обоняния, вкуса и слуха. Новорожденный еще не приспособлен к смотрению и не видит ясно ничего, что расположено далее, чем приблизительно в тридцати сантиметрах. Это повышает значимость первого пересечения взглядов в начале отношений между матерью и ребенком. Зрение – наиболее позднее и наиболее интеллектуальное взаимодействие между матерью и новорожденным.

           Накопление таких факторов приводит к заключению, что для новорожденного ощущение матери заранее знакомо, и это играет определенную роль в процессе адаптации ребенка к новым условиям внеутробной жизни. Запах является, вероятно, одним из лучших путеводителей к маме. А еще малышу тепло, тесно, сытно, он привыкает к маминой походке и после рождения очень любит, чтобы все опять было так же. Если же абсолютно все меняется: вместо темноты - свет, вместо тепла и уюта – холод и неудобство, другие звуки, запахи, голод – то такой колоссальный стресс не проходит бесследно.

           Любящая мама, прижав к груди долгожданного младенца, испытывает жгучее желание никогда никому его не отдавать. И младенцу нужно то же самое. Первые часы и даже минуты жизни вне мамы очень важны для новорожденного. Он проделал трудный путь, чтобы выбраться из привычного обиталища, и вот теперь все, что он увидит и почувствует, будет его наградой – или наоборот. Что же ему нужно, маленькому, чтобы первая встреча не была катастрофой («Мама, роди меня обратно!»)? В первую очередь – мама. Именно она является связующим звеном между прошлым и настоящим – ее тепло, запах, голос. Новорожденному вовсе не все равно, что его окружает и что он чувствует. И ему гораздо уютнее засыпать в полумраке в маминых объятиях, посасывая грудь (которая так знакомо пахнет!), чем ослепленному ярким светом, - на руках чужой тети, пахнущей непривычным больничным запахом, и отправиться в холодную кювету, где кричать от страха и одиночества в обществе таких же несчастных, пока не придет время «обеда».

           «Первый час после родов – очень важное время для матери и малыша. Она может до некоторой степени определить, как ребенок будет относиться к матери, что, в свою очередь, может повлиять на его отношения с другими людьми и с миров, его окружающим. Этот критический период после родов может сильно повлиять на способность человека любить и вообще испытывать привязанности. Вечно занятые профессионалы в нетерпении перейти к следующему этапу своей работы часто стараются, чтобы эти самые первые минуты после рождения прошли быстрее, и торопят события. Для нас же это самые драгоценные минуты. Это время, когда потерять ничего нельзя, а приобрести и мать, и ребенок могут очень-очень много, если дать им побыть в покое наедине друг с другом. Все чувства важны для возникновения ранней привязанности. Новорожденные, возможно, формируют первые связи с матерью на основе запаха, поэтому больничные запахи антисептиков могут задерживать проявление сосательного рефлекса. Так же отрицательно может сказываться присутствие на родах большого числа людей. Важнее всего – спокойная обстановка. Чем меньше людей, чем меньше шума, тем легче матери и ребенку общаться друг с другом. Все слышали о гусятах Лоренца, которые, вылупившись, привязывались и относились к матери, к первому же большому телу, с которым они соприкасались, будь то бородатый мужчина или игрушечная гусыня из папье-маше. Этология дала толчок появлению концепций «привязанности», «формирования связи», а также «критических», или «чувствительных», периодов – относительно коротких периодов жизни, во время которых, как считается, формируются основные поведенческие сдвиги. Все эти открытия заставляют нас относиться очень бережно к первому и очень важному контакту между матерью и ребенком и делать все, чтобы не нарушить его. Первая привязанность ребенка к другому человеку служит прекрасной моделью того, какими могут быть привязанность и любовь. Я не утверждаю, что отношения матерей и детей, которые лишены возможности такого идеального контакта, развиваются в дальнейшем хуже, чем отношения тех, у кого такая возможность есть, или что такие дети обязательно будут менее защищенными, когда станут взрослыми, менее способными любить и испытывать удовольствие. Культура, окружение, социальные условия будут сильнее влиять на человека чем, то, что происходит в те несколько «критических» периодов его раннего детства, и смогут компенсировать то, чего он был лишен в начале жизни. В конце концов, люди – не утята. Но почему не сделать это начало как можно более удачным? Почему не дать как можно больше шансов каждому? Об этом много говорили и говорят пропагандисты «мягких» родов, но, к сожалению, в официальной медицине что-то сдвинуть с места непросто и требует многих усилий и времени. И не только у нас в стране – несмотря на успехи того же Одена, в роддоме которого все «неблагополучные» показатели были много ниже средних, за ним и на Западе последовали единицы. У нас же всем желающим провести в жизнь такие «нововведения» приходится в основном рожать дома. Правда, есть основания для оптимизма – еще десять лет назад роддом, в котором существует прикладывание к груди прямо в родовом зале и последующее совместное содержание матери с ребенком, надо было еще поискать (даже за деньги). А сейчас раннее прикладывание – норма, а палаты «мать-дитя» открыты во многих роддомах в бесплатных отделениях. Так что, если повезет, еще лет через десять-двадцать роды в роддоме не будут грозить стрессом для ребенка и нервотрепкой для мамы, и открытия, сделанные полвека назад, станут основой для гуманного отношения к малышам и внимания к природным законам. Ну, а пока – все зависит от вас, дорогие мамочки. Договаривайтесь с врачами, преодолевая непонимание, равнодушие и обвинения в некомпетентности, объясняйте, зачем вам все это нужно, ведь здоровье вашего малютки, и телесное, и душевное, в очень большой степени зависит от вас.

           Наши собственные мамы, рожавшие «по прописке», часто с недоумением и неудовольствием относятся к стремлению молодых искать каких-то особенных врачей, выбирать роддом, тратить деньги на роды. «Уж лучше купить что-то ребеночку», - недовольно говорят они. Но нынешняя ситуация существенно иная, чем двадцать-тридцать лет назад. Здоровье мамы и ребенка стоит дороже всего приданого вместе взятого. А опытных, профессиональных рук, которым можно это здоровье доверить, к сожалению, все меньше. Так что дело не в комфорте и внимании, хотя и это приятно, а, в конечном счете, в здоровье малыша и мамы. Конечно, деньги не являются гарантом, и платная медицина – не панацея, но если мы нашли врача и роддом своей мечты, и на пути к ним единственное препятствие – деньги, то, возможно, не стоит экономить. Ну, а если выбора нет совсем – тогда будет стараться делать все от нас зависящее, чтобы сделать приход малыша в этот мир радостным и счастливым, и положимся на помощь Господа.

           Женщина, когда рождает, терпит скорбь, потому что пришел час ее; но когда родит младенца, уже не помнит скорби от радости, потому что родился человек в мир (Ин.16;21). И эта радость, не сравнимая ни с чем, имеющая свой особый «вкус», становится надежным основанием любви к своему ребенку.

(Г.Калинина, А.Наумова «Как мы любим

наших детей?», Москва, «Яуза-пресс», 2006)

03 января 2008
(0 голосов, средний: 0 из 5 оценок)
Уважаемые посетители, здесь Вы можете написать комментарий к статье. Редакция "Детской" не дает профессиональных консультаций.
Другие статьи
Как общаться с малышом до его рождения?
Для малыша, который находится у вас под сердцем очень важно, чувствовать и ощущать, что вы его любите, принимаете и ждете его появления. Общаясь с малышом с первых недель беременности, вы даете ему...
Беременность
21 ноября 2009
Важные моменты РОДОВ
Говорят, что первых родов женщина боится потому, что не знает, что это такое, а вторых – потому, что уже знает. Чего, собственно, боитесь вы? Неизвестности, боли или того и другого?
Беременность
03 января 2008
Боль в родах: вы с этим справитесь!
Для многих будущих мам боль, которая может быть в родах - настоящая "больная тема". Кочуют из уст в уста "страшилки" бабушек и подруг. Между тем, ощущения эти в корне отличаются от боли при...
Беременность
23 мая 2011